Реклама была хоть куда! Она приобретала отчасти даже пародийный характер. На самом деле номер Уго Цаккини выглядел гораздо проще. Тягач вывозил на арену огромную бутафорскую пушку. При помощи специального механизма жерло пушки поднималось. В это время Цаккини озабоченно осматривал свое орудие со всех сторон. Потом по лестнице он добирался до жерла и опускался в него ногами вперед. Раздавался оглушительный выстрел; в это же время срабатывала специальная пружина, подбрасывавшая Цаккини. Зрители видели, как из пушки вылетал человек, пролетал над ареной и камнем падал вниз в специально приготовленную сетку. На этом номер заканчивался. Более нелепое зрелище трудно было себе представить.
Большинство «смертных» номеров было вовсе не опасно и не требовало от исполнителей ровно никакого мастерства.
Конечно, и печать и русская общественность горячо протестовали против того, что на аренах наших цирков все чаще появлялись «смертные» номера. Бороться против этого надо было еще и потому, что некоторые русские артисты, заражаясь дурными примерами, также начали выступать с номерами подобного рода. Мэри Альстон исполняла мертвую петлю на автомобиле. Появился даже «Человек-труп»: его в присутствии зрителей зарывали в «могилу», из которой он через некоторое время выходил.
|
Реклама