Были в программах и другие интересные номера, были и номера посредственные, а то и вовсе слабые. Иногда ставились пантомимы: «1001 ночь», «Рыцарь золотого льва» (ставил эти пантомимы В Ж- Tpvmui).
Можно сказать, что программы московских цирков в этом сезоне, были совсем неплохими. И все же цирки далеко не в полной мере vд(jвлетворяли зрителей.
В чем же была причина такого положения?
Прежде всего, как уже говорилось, номера сменялись редко, некоторые из них оставались в Московском цирке в течение целого сезона, а это делало программы однообразными (ведь а дореволюционные годы в Москве программа шла не более месяца).
Кроме того, в цирках почти не велась творческая работа, клоуны ж. создавали нового репертуара, не ставились групповые сценки, не обновлялись имеющиеся номера. В программах появились «смертные: номера, например известный воздушный гимнаст-полетчик Д. Чернов выполнял под самым куполом сложные и опасные упражнения, в то время как единственной мерой предосторожности ему служила зкая и маленькая сетка, которую держали стоявшие на манеже униформисты. Такие номера вызывали возражения и прессы и общественности.
Когда на арене 2-го Госцнрка начали проводиться чемпионаты французской борьбы, программа стала совсем слабой. В связи с этим Правда писала: «Все, что отражал нашу жизнь в цирке, выброшено вон. Сытый нэповский зритель ищет сильных ощущений, и дирекция 2-го Госцирка оказалась в плену у него. Теперь нет злободневных, остроумных выступлений братьев Таити, Лазаренко и других. Цирк вообще перестал отражать злобу дня, а между тем среди его усердных посетителей не малая часть трудящихся. Вместо этого — дикая, перенесенная в наше время из средневековья борьба, бой гладиаторов и бокс -- кому это нужно?»
|
Московский цирк