Сначала Бартенс делали то же, что и большинство их коллег — коверных клоунов. Самым ударным трюком у них был каскад с галле-реи с гедрами в руках. В дальнейшем, сохраняя традиционные костюмы рыжих, братья Бартенс начали пародировать номера. Это удавалось потому, что артисты хорошо владели различными жанрами цирка. Бартенев, в частности, отлично делал акробатические каскады; пожалуй, тогда не было ни одного артиста, которого в этой области можно было бы поставить с ним рядом. К тому же он был превосходным комиком, соединявшим в своей маске буффонную преувеличенность с лирической мягкостью. Это был маленький, толстенький человечек, всему наивно удивлявшийся, всему веривший, он любил пошутить и беспрекословно подчинялся авторитету своего партнера. Антонов, тоже хороший актер, создавал образ человека жесткого, хотя и не злого; он непрерывно понукал своего партнера при исполнении тех или иных номеров.
Братья Бартенс в течение всего представления стояли в проходе рядом с униформистами. Едва заканчивался номер, они тут же выходили на арену, чтобы повторить виденное. Братья Бартенс, какими их видели зрители, были молодые люди, страстно желавшие сделаться цирковыми артистами, у этих молодых людей не было денег — отсюда неполадки и недостатки в реквизите; не было достаточного мастерства — отсюда срывы при исполнении трюков; но у них был молодой задор, позволявший побеждать трудности и в конце концов добиваться своего. Таковы были маски эгих не только смешных, но и очень ловких клоунов.
|
