Именно эта убежденность в высокой общественной миссии клоуна-сатирика помогла Лазаренко, вначале несколько растерявшемуся от изменения политического курса, понять историческую закономерность этого изменения и направить свою сатиру на борьбу против всего мешающего строительству молодой Русской республики.
Этому особенно способствовали его постоянные поездки по стране, выступления не только в цирках, но и в цехах заводов, на деревенских улицах, в красноармейских лагерях, детских домах.
Уже к началу 1923 года репертуар Лазаренко приобрел свою прежнюю сатирическую направленность и силу. Когда в марте этого же года он приехал на гастроли в Москву, «Правда» писала: «Лазаренко сумел внести в цирковой жанр освежающую струю неподдельного юмора, злободневности, трюковой выдумки, вызывающих настоящий, здоровый смех, не похожий на гоготание и хихикание публики «нерыдаев» и пр. Большую часть бенефисной программы 6-го марта (речь идет о бенефисе Лазаренко.— Ю. Д.) занимали выступления Лазаренко, и «неутомимый прыгун» действительно сумел дать столько разнообразных номеров, проявил такую изобретательность и остроумие, что огромный, переполненный самой демократической публикой цирк все время дрожал от хохота.
Лазаренко безусловно является редким цирковым артистом-художником»
Артист много раздумывал о значении клоунады, о перспективах ее развития. Результатом этих раздумий явилась его статья, опублико-
аанная в 1926 году. Многие мысли этой статьи имеют значение и для развития современной клоунады.
|
Хохот